Обострение конфликта между США и Иран вновь вызвало дискуссии о будущем доллара как главной мировой валюты. После сообщений о блокировке Ормузского пролива и расчетах за нефть в юанях и стейблкоинах эксперты обсуждают, насколько реальна угроза позиции американской валюты, передает Arasha.kz со ссылкой на BBC.
Военный конфликт между США и Иран вновь усилил разговоры о возможном ослаблении доллара в мировой финансовой системе.
Поводом стали сообщения о том, что Иран ограничил движение через Ормузский пролив и начал требовать оплату с некоторых танкеров в китайских юанях и стейблкоинах.
На фоне этого снова заговорили о возможном переходе от нефтедоллара к так называемому нефтеюаню.
Однако эксперты отмечают, что позиции американской валюты по-прежнему остаются крайне сильными.
Сейчас около 85% мировой торговли нефтью и нефтепродуктами по-прежнему осуществляется в долларах США. Эта доля практически не меняется десятилетиями, несмотря на попытки Россия, Китай, Иран и ряда других стран снизить зависимость от американской валюты.
Похожая ситуация наблюдается и с международными резервами. Около 60% мировых валютных резервов хранятся в долларах, примерно 20% — в евро. На долю китайского юаня приходится лишь около 2%.
Экономисты объясняют устойчивость доллара масштабом экономики США, развитым финансовым рынком, свободным движением капитала и высоким доверием инвесторов к американским активам.
При этом после возвращения Дональд Трамп в Белый дом некоторые аналитики начали говорить о новых рисках для доллара.
За последний год американская валюта ослабла примерно на 8%, а на рынке усилились разговоры о стратегии «продавай Америку».
Часть экспертов связывает это с торговой политикой Вашингтона, давлением на союзников и использованием финансовых санкций как инструмента внешней политики.
Однако после нового витка напряженности на Ближнем Востоке доллар вновь начал укрепляться, поскольку инвесторы традиционно рассматривают его как защитный актив в периоды глобальной нестабильности.
Аналитики отмечают, что ключевой вопрос сейчас заключается в том, сохранится ли доверие мира к американской финансовой системе в долгосрочной перспективе.
